Анастасия Зеленкова

Зеленкова: Неизбежный транзит

Любопытная тенденция: многие в последнее время заговорили о транзите власти. Причем, звучат эти слова не просто из Телеграм-каналов. О транзите уже говорят эксперты, политики и — о боже! — сам Александр Лукашенко.

Каждый, конечно, высказывается по-разному. Кто-то уже прямо обсуждает, кто краше — Макей, Головченко или Мясникович? Кто-то увидел потенциал в Румасе (что он сам об этом думает, вообще мало кого волнует). Другие заподозрили подвох в уходе из силового блока Виктора Лукашенко — мол, батя занервничал.

И эти разговоры циркулируют практически каждый день. Дает Макей интервью РБК или вместе с женой появляется на БТ — ага, раскручивают «преемника». Получает Виктор Лукашенко звание генерал-майора запаса — ну ясно же, убрали в «запас» от греха подальше.

Мнение: «Для силовиков и чиновников приход к власти Тихановской безопаснее, чем Макея или Головченко»

Но что действительно означают все эти разговоры? И можно ли серьезно говорить о скором транзите власти или же мы выдаем желаемое за действительность?

С анонимными телеграм-каналами вроде как все ясно. «Сенсации» про уход Лукашенко, его преемников и условиях Путина, появляются там с завидным постоянством — преимущественно в российском сегменте. С такими «инсайдами» экс-премьер Сергей Сидорский еще лет пятнадцать назад должен был править Беларусью.

Но нынешние «сливы» все же иного порядка. Сегодня транзит широко обсуждается именно в белорусском информационном телеграм-поле и ситуацию с разных сторон комментируют вполне уважаемые и репутационно чистые каналы, которые сложно заподозрить в дешевых провокациях.

Да и эксперты-политологи нынче не обходят эту тему, предлагая свои варианты развития и обсуждая сценарии.

В любом случае факт остается фактом: тема «транзита» витает в воздухе. Причем настолько явно, что даже сам Лукашенко заговорил об этом.

— И, самое главное, много ж вы слышите разговоров: транзит власти, вот тут сейчас Лукашенко старшему как минимум передаст власть, он будет править в стране. Я часто говорил, что в нашей семье это никогда не обсуждалось и обсуждаться не может. Потому что ни один мой ребенок президентом в Беларуси не будет после меня, — заявил он 26 февраля.

А через несколько дней снова повторил:

— Никакого трансфера быть в Беларуси не может. Я уже сказал: никакие дети, никакие внуки и правнуки не могут после президента Лукашенко претендовать на эту должность. Все будет по конституции и закону.

И что любопытно: раньше слова правителя о том, что его отпрыски не займут это кресло, воспринималось обществом абсолютно ровно — из серии «мало ли что он там говорит». Сейчас же после фразы «ни один мой ребенок президентом в Беларуси не будет после меня» сразу же возникает вопрос: а кто будет, назовите фамилию?

И это, конечно, очень симптоматично. Даже если сам Лукашенко действительно никуда не собирается уходить.

Понятно, что трансфер все равно произойдет рано или поздно. Вне зависимости от желания Лукашенко. В принципе смена одного президента на другого — это и есть трансфер. Даже если правитель ушел по естественным причинам. А Александр Григорьевич, как ни удивительно, все же не вечен, да и события последнего года явно не прибавили ему здоровья.

Но речь сейчас не о «естественном» уходе. И даже не о том, какие условия поставил перед Лукашенко Путин (знать, о чем договорились правители в Сочи, имеют возможность куда меньше людей, чем те, что говорят, что знают). 

Однако проблема в том, что эти разговоры о транзите уже сами по себе не могут пройти даром. То, что эта тема поднимается в последнее время так часто, как раз свидетельствует, что в сознании многих данный правитель «списан в утиль».

Нет, это вовсе не означает, что Лукашенко не в состоянии управлять номенклатурой и силовиками, давать распоряжения по коровникам и театральным постановкам или торговаться с внешними партнерами. Это просто означает, что политического будущего за этим человеком многие уже не видят и потому обсуждают замену.

В том числе и в его окружении. До кого-то эта мысль доползает чуть медленнее в силу особенностей мыслительной деятельности, но те, что пошустрее, уже думают о своей жизни «после», примеряют под себя того или иного претендента, а то и вовсе сами в тишине перед зеркалом репетируют эту роль. 

И вот когда эта идея укоренится в головах большинства — а процесс идет неотвратимо и довольно быстро, — транзит станет неизбежным сам по себе. Невозможно остаться, когда все уверены, что ты уже уходишь.    

И это новая реальность, к которой кое-кому придется привыкать. Даже если вдруг в его планы и планы его покровителей это пока не входит.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.9 (оценок:150)