Александр Старикевич

В чем изъян дискуссии «санкции или переговоры?»

Зенон Пазьняк и спустя четверть века после того, как покинул Беларусь, остаётся заметной фигурой на политическом поле. Одна короткая статья лидера КХП-БНФ с новой силой разожгла пламя споров о методах воздействия на режим Александра Лукашенко.

Падзеі выглядаюць так, што ў інтарэсах беларускага народа трэба… прыпыніць эканамічныя санкцыі, замарозіць іх (бо санкцыі ўладу дыктатара ня зваляць), і ўступіць у перамовы з працілеглым бокам аб спыненьні рэпрэсіяў, катаваньняў людзей, аб спыненьні перасьледу грамадзянскай супольнасьці.

Зянон Пазьняк

Послание от создателя БНФ вызвало шквал комментариев. Как водится, к единому мнению ни читатели, ни эксперты не пришли. Минусы и санкционного сценария, и переговорного очевидны, а плюсы – нет. В результате раскритиковать каждый из вариантов гораздо проще, чем обосновать.

Почему не санкции

Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно взглянуть на Кубу, которая десятилетиями находится под американской экономической блокадой. Есть еще Венесуэла, которую обложили так, как и не снилось Беларуси – однако даже смерть Уго Чавеса не привела к падению авторитарного режима. Да и других примеров, когда внешнее давление не принесло желаемого результата, хватает.

У Лукашенко же есть одно существенное преимущество перед вышеупомянутыми кейсами –  восточный сосед, который делает изоляцию невозможной. Зато санкции выступают катализатором сближения Беларуси с Россией: лекарство может оказаться еще хуже болезни.

Значит, переговоры?

Увы, и здесь проблем больше, чем решений. Пазьняк не расшифровал, как ему видится этот процесс. А предыдущие желающие вступить в диалог с Лукашенко аккурат на этой неделе получили 11 и 10 лет лишения свободы.

Подозреваю, что гипотетическая переговорная позиция правителя Беларуси может сводиться к следующему: Запад снимает санкции, продолжает вести дела со мной, а я сворачиваю программу нелегальной миграции и отпускаю «раскаявшихся». Выглядит это вполне логично, но только с точки зрения самого Лукашенко.

Под другим углом всё смотрится иначе: заложников держат в адских условиях, через год-другой тех, кто подписал прошение о помиловании отпускают, параллельно набирая на освободившиеся (в данном контексте это слово звучит весьма мрачно) места новых. Так себе предложение для сделки.

Складывается впечатление, что готовность Лукашенко к реальным уступкам находится в зоне отрицательных значений. Правитель Беларуси пытается компенсировать свои потери от конфликта с Западом, продавая его же (конфликт) Кремлю. На восточном фронте тоже, конечно, все непросто, но 20-летний опыт выстраивания отношений с Москвой по принципу «хвост вертит собакой» позволяет Лукашенко надеяться, что он и на этот раз получит больше, чем потеряет.

Так что тогда?

На самом деле «санкции или переговоры» – ложная дилемма. В том числе потому, что такая постановка вопроса подменяет внутреннюю повестку внешней. Влияние же из-за пределов в Беларуси на развитие событий в стране может носить вспомогательный характер, но не решающий.

Лукашенко это прекрасно понимает: нынешняя тотальная зачистка всего подозрительного вплоть до общества пчеловодов имеет целью полный контроль над ситуацией в Беларуси, а не на международных площадках. А вот фокус внимания многих оппонентов правителя сместился на Евросоюз и США.

Однако у Запада точно нет «волшебной таблетки», позволяющей быстро разрешить наш кризис. Более того, у тех, кто принимает решения в ЕС и США, не видно даже желания системно заниматься белорусской проблематикой. Все сводится к реакции на действия Лукашенко, зачастую запоздавшей и формальной.

Литве приходится укреплять свою границу колючей проволокой, чтобы защититься от организованного наплыва мигрантов

Единственно возможный выход для сторонников перемен заключается в том, чтобы делать ставку в первую очередь на внутренние ресурсы при всей понятной их ограниченности в данный момент (это тема для отдельной статьи).

Но и «асфальтоукладчик» Лукашенко прокладывает сейчас маршрут по болоту. Никто, включая «водителя», не знает, ни сколько бензина осталось в баке, ни когда машина нарвется на такую трясину, которую не сможет преодолеть.

И, когда это случится, лучше, если определяющее значение будут иметь Минск, Гродно, Пуховичи и т.д., а не Вашингтон, Брюссель или Москва.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.7 (оценок:76)