Спорное наследие царя Бориса

1 февраля исполнилось 90 лет со дня рождения Бориса Николаевича Ельцина. Вот как оценил эту противоречивую фигуру писатель Виктор Ерофеев для DW.

Чем больше проходит времени, тем более смутной, неотчетливой становится фигура Бориса Ельцина. Казалось бы, все должно быть наоборот: время, как правило, вносит ясность. Но тут, в этой исторической интриге, отчасти виноват даже не он, а то, что случилось после.

Сквозь ельцинский туман мы видим политическую роль его преемника. Если бы Путин не превратился в вечного президента, ушел бы на покой после положенных двух сроков, на Ельцина вряд ли стали бы вешать всех собак с разных сторон. А так, видимо, он почти всем не угодил.

Для путинских друзей-соратников с течением времени он сделался символом-жупелом «лихих девяностых», всего того хаоса, с которым они, по их мнению, справляются, - хотя и не без труда. Это лживая, лицемерная позиция, поскольку основная масса путинизма выделилась именно в 90-е.

Нынешняя элита обязана, в первую очередь, этому переходному периоду, куче ошибок, несообразностей, просчетов, которые совершил не слишком дальновидный, в интеллектуальном смысле простоватый первый президент России и которые привели путинизм к власти. В тот переходный период Россия имела реальный шанс вырваться из цепких объятий исторического мракобесия. Ельцин не справился с этой задачей.

Но чем больше ругаешь его, тем больше подыгрываешь друзьям Путина. Демократический лагерь в России в отношении оценки Ельцина расколот навсегда. Ельцину подошел бы такой же черно-белый надгробный памятник, какой сделал Хрущеву Эрнст Неизвестный.

Его деяния половинчаты, открашены в контрастные тона. Демократам и западным исследователям есть из чего выбирать. Шкала оценок Ельцина вмещает в себя как восторги по поводу гениального спасителя России, так и ругань в адрес политического пройдохи, политического самодура, обожавшего власть и водку.

В самом деле, роясь в политической биографии Ельцина, понимаешь, что тут есть из чего выбирать. Можно разделить его на раннего и позднего, на смелого и боязливого, на харизматика и клоуна, демократа и царя Бориса. В зачет можно поставить Ельцину достойный выход из СССР, который не мог не развалиться, и рухнул в какой-то момент стараниями ГКЧП.

Я лично вплоть до первой чеченской войны вполне мог произнести «наш Ельцин», болеть за него и переживать за его промахи и нерешительность (не смог провести свой «юрнбергский процесс» над коммунизмом). Расстрел парламента осенью 1993-го - конечно, чудовищный эпизод, но и сам парламент был не менее, если не более чудовищен.

Но дальше Ельцин все больше становился для меня чужим. Правда, я снова болел за него на выборах 1996 года, понимая, что приход коммунистов - это страшный реванш тоталитаризма. Недвусмысленные угрозы расправы касались и меня самого.

Мне рассказывал в подробностях мой друг Борис Немцов, как «дедушка Ельцин» хотел было сделать его своим преемником, - и тогда путь России стал бы совсем иным. Она могла бы со временем даже внушить доверие своим разуверившимся в ее добродетелях соседям.

Но Ельцина резко потянуло в другую сторону. В рамках квадрата политических сил - демократы-коммунисты-бандиты-силовики - он все больше погружался в управленческий маразм, в котором маячили фигуры его охранника Коржакова и Семьи с большой буквы.

Он стал грузно опираться на силовиков, терять демократические позиции, международное признание. Мы помним, как менялось лицо Ельцина. Из красавца-мужчины, любимца женщин, он превращался в какое-то краснолицее чудовище. Ельцин стал больше всего думать о том, что его и его Семью могут предать суду. Он не нашел ничего лучшего, как отдаться бывшему подполковнику КГБ, суть которого совершенно не просёк.

Конечно, в исторической перспективе Россия будет благодарна Ельцину за героическое поведение во время путча ГКЧП, за Конституцию 1993-го, за свободу слова и поездок за границу, за взаимопонимание с Европой, за дружбу с Польшей, за общий веселый смех на фотографиях с Клинтоном.

Но белая сторона соседствует с черными чертами его правления и характера. Спор между этими половинами составляет сущность самого Ельцина и его наследия.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.8 (оценок:45)