Общество

Виктория Захарова

«От действий по уничтожению инакомыслия загибается само государство»

Почему политзаключенных в Беларуси становится все больше? И что будет дальше?

Количество человек, которые в Беларуси признаны политзаключенными, превысило 1000. Этот список будет расти и дальше, или есть какие-то предпосылки для ослабления репрессий — например, после проведения конституционного референдума?

Юрист и правозащитник Гарри Погоняйло считает, что число политзаключенных точно не уменьшится, и в этом смысле в стране все будет стабильно — стабильно плохо.

— Рубеж очень печальный: по существу, мы перевалили на втору тысячу жертв насилия со стороны государства с использованием судов и органов следствия. И это движение крайне опасно и для общества, и для государства, — подчеркнул эксперт в экспресс-комментарии «Салідарнасці».

По его мнению, Лукашенко страшно напуган событиями 2020 года.

— Неуверенность в том, сможет ли он удержать власть, побуждает его (а через него отдаются команды так называемым правоохранителям) действовать с позиции силы, только путем применения жестких репрессий.

Генеральный прокурор Швед говорит о том, что у них в производстве находится больше 1500 уголовных дел, связанных с нарушением общественного порядка, фактами террористической деятельности наших граждан. В этот круг с большой вероятностью попадут и те, кто мирно протестовал, кто высказывал свою позицию, кто активничал в политическом и общественном поле. Ведь это власти сегодня рассматривают как незаконные действия.

Думаю, что уровень жестоких репрессий сохранится. Никакие мирные конференции, референдумы, общие «сходки» вроде ВНС не остановят Лукашенко в его стремлении всеми способами удержать власть в своих руках, — считает Гарри Погоняйло.

Гарри Погоняйло

Но есть ли некая точка невозврата, после которой начнется торг политзаключенными, амнистии или иное подобие демократизации, или имеет все шансы сбыться грустная шутка о том, что в Беларуси «посадили всех человек»?  Гарри Погоняйло отмечает, что белорусский режим в стремлении к героизации советского прошлого вполне может ориентироваться на период правления Сталина:

— У них очень много общего. Я слежу за тем, как ведет себя Лукашенко, как и что он говорит, как реагирует на те или иные события. И теперешние наблюдения не дают повода говорить о том, что ситуация изменится к лучшему.

Открыв шлюзы насилия, Лукашенко не только сам инициирует репрессии, но и приучает многие институты государства забыть про закон, про Конституцию, права человека. Если он останется у власти надолго, шансы на то, что Беларусь и белорусы почувствуют себя в свободной, процветающей, демократической стране, стремятся к нулю. Мы, наоборот, схлопываемся как государство, и экономические перспективы также имеем крайне опасные, — считает правозащитник.

Неразрешенные проблемы, которые ярко высветились в период избирательной кампании 2020 года, говорит юрист, от применения репрессий никуда не делись. Но репрессивный каток  только будет набирать силу, поскольку мышление правителя уже перестроилось в эту схему:

— Силовики, почувствовав свою власть и возможности, сами не остановятся и будут подталкивать свое руководство к подобному разрешению всех конфликтов в стране. Это значит, что они должны будут каждый раз поставлять на блюдечке головы новых жертв, которых будут находить, преследовать и осуждать на большие сроки, тем самым, во-первых, доказывая необходимость своего существования, а во-вторых, кормить этого монстра, поддерживать схему «кругом враги».

Главное, что нужно осознать всем нам: когда в стране не до законов и когда это исходит от так называемого конституционного гаранта прав и свобод человека, — это очень опасная тенденция.

Что значит «не до законов»? Выходит, не работает Конституция, не работают законы, принятые на ее основе, и у граждан страны нет правовых инструментов для того, чтобы защитить себя, своих близких, свои элементарные интересы: устроиться на работу и зарабатывать, создать семью, учить детей… Всем тем, кто мыслит иначе, кто не подчиняется навязываемой идеологии, остается или уезжать из неблагополучной страны, где нет никакой перспективы для самореализации, или инстинктивно искать другие инструменты защиты.

Вспомните череду дел по ликвидации общественных организаций — их уже около 300, и в основном это организации, которые помогали государству решать проблемы, которые оно упускало или решало не столь успешно, как структуры гражданского общества. Конечно, перекрыть кислород можно всем НГО, не желая допустить развития гражданского общества и его контроля над властью.

Можно посадить блогеров, выдавить из страны журналистов независимых СМИ, объявить их экстремистскими формированиями, закрывая все щели, сквозняк из которых мог бы просушить затхлые комнаты нашего государства и помочь нам окончательно тут не сгнить.

Но в конечном итоге от этих действий по уничтожению инакомыслия загибается само государство. Отсутствие критики, дискуссий о том, как оно должно развиваться, — это попытка загнать болезнь вглубь, но она умертвит весь организм.

Оцени статью

1 2 3 4 5

Средний балл 5(68)