Иван Корсак

Морозов: «И Лукашенко, и Кремлю нравится картинка с границы»

Российский политолог – об интересах Кремля в миграционном кризисе.

Александр Морозов. Фото из фейсбука

Все больше слышится голосов на Западе, что к миграционному кризису на границе Беларуси и Польши имеет отношение и Россия. Как долго московское руководство будет поддерживать Лукашенко в этом конфликте? Не боятся ли в Кремле международных санкций?

Эти вопросы Филин обсудил с политологом, научным сотрудником Центра российских исследований Карлова университета (Чехия) Александром Морозовым.

— На мой взгляд, Кремль будет поддерживать Александра Лукашенко в этом кризисе достаточно долго. Более того, не видно причин, почему он может отказаться от такой поддержки.

Сам этот кризис — мы видим это по публикациям в государственных российских СМИ — медийно работает в пользу Кремля. Москва показывает негуманность Запада, неспособность в Европе решать проблемы.

Надо еще подчеркнуть, что для Кремля создание нестабильности по границам стран Балтии и Беларуси выгодно. Я думаю, что Москва будет и дальше занимать ту позицию, которую они огласили: мы не будем вмешиваться, беседуйте с Лукашенко.

Меркель уже звонила Путину, вполне возможно такую попытку предпримет Макрон. Но ответ будет прежним: мы не можем ни на что влиять, решайте все вопросы с Беларусью.

Звонок Меркель — это обычный дипломатический жест. В такой ситуации немецкие официальные лица уже публично заявили, что Кремль частично несет ответственность за этот кризис. Если посмотреть немецкие медиа, то там никто не сомневается, что Россия является косвенным спонсором этого кризиса.

При этом звонок главе государству является данью дипломатии. Ничего особенного Меркель не добивается. Она делает звонок, чтобы обозначить: если позиция Кремля изменится, то европейские страны готовы к дальнейшему диалогу.

Но есть ли шанс, что Александру Лукашенко наберут из Брюсселя, Берлина или Варшавы?

— В нынешней ситуации такого звонка не будет, — продолжает Александр Морозов. — Если смотреть на реакцию из разных европейских столиц, то не видно какого-то альянса или фигуры, которые хотели бы пойти в кризисе путем урегулирования с учетом Лукашенко.

Все-таки Лукашенко за последний год настолько сильно перешел красные линии, что даже не представляется, кто мог бы взять ответственность за переговоры с ним. И это создает сложную и неординарную ситуацию.

В прошлом можно было представить нейтральную сторону или представителей ОБСЕ, которые стали бы вести переговоры. Но сейчас даже ОБСЕ никак себе не проявляет, не говоря о Швеции, Франции или Германии.

А что касается стран-соседей Беларуси, то их руководители тем более не пойдут на переговоры с Лукашенко. Мне кажется, ни сейчас этих переговоров не будет, и даже если кризис пробудет всю зиму, то и потом не будет.

Некоторые эксперты говорят, что возможен переговорный процесс под патронажем России. Могут ли в ситуацию вмешаться Штаты?

– Теоретически, конечно, такое может быть. Но мы видим, что развалились минские переговоры по Донбассу. И в данный момент невозможно сформулировать консорциум, где Запад был бы одной стороной, а Путин — другой.

Запад хорошо видит, как и Лукашенко, и Путин разыгрывают политический пин-понг. В одной ситуации они говорят, что у нас союзное государство, а в другой — у нас суверенитет, вмешательство невозможно. Не будет никакого переговорного альянса с участием России.

Могут ли повлиять США? Мы часто слышим, что уже заканчиваются шесть месяцев, о которых Путин и Байден говорили в Женеве. Россия заинтересована в каких-то моментах сохранять хорошие отношения с Вашингтоном, не обострять, не создавать новых кризисных ситуаций.

Влияет ли это? Вашингтон очень резко оценивает ситуацию, есть заявление госсекретаря Блинкена. В США не сомневаются, кто является косвенным и прямым спонсором кризиса. При этом Вашингтон не будет выступать инициатором переговоров с Путиным. По крайней мере до тех пор, пока сам Евросоюз не определится, какие меры он будет принимать.

15 ноября Евросоюз будет решать, что делать. Есть голоса, что против Лукашенко надо принять очень жесткие меры, но есть и те, кто боятся идти на такие меры. Вашингтон будет ждать позиции ЕС.

«Филин» отмечает, что о России, как о непосредственном участнике кризиса, говорит то, что Евросоюз может ввести санкции против «Аэрофлота». Это тоже не повлияет на ситуацию?

– Санкции против «Аэрофлота» могут быть приняты. Но надо задаться вопросом, как много у «Аэрофлота» рейсов в те страны, которые эти санкции готовы поддерживать. Непонятно, насколько Кремль испугается таких санкций.

Другой момент — сейчас непростая ситуация. Очевидно, что в политическом смысле Кремль является косвенным спонсором кризиса. Но я уверен, что в отдельных странах ЕС будут требовать доказательства этому. Довольно трудно ввести санкции, если нет прямых доказательств.

Думаю, что такие доказательства будут. И тогда надо ожидать санкции и против «Аэрофлота», и против российских чиновников. Но это не вопрос завтрашнего дня.

Александр Морозов считает, что в ситуации на границе может быть три логических финала.

– На мой взгляд, зима не решит проблемы. И Лукашенко, и Кремлю очень уже нравится та картинка, которую показывают мировые СМИ. Может быть, получится прекратить доставку данных «туристов» в массовым порядке на территорию Беларуси.

Тем не менее, видно, что Минску и Москве выгодно поддерживать данный лагерь. Если у вас есть медийный план, то вы можете подкачивать туда людей, которые будут изображать мигрантов.

На территории бывшего СССР можно найти большое количество иракцев, которые могут говорит и на русском, и на английском. И Минск, и Кремль будут искусственно держать там людей. Но с точки зрения бытового зрителя, они будут видеть только страдания людей.

У Минска высокие шансы такую идею поддерживать, даже после референдума. Посмотрите, на нас давит санкциями антигуманный Запад, который бросил людей. Будет ли это действовать на зрителя? На некоторых — да.

Второй момент — неизбежен через пару дней допуск на границу гуманитарных организаций. Несмотря на то, что кризис срежиссирован Лукашенко, гражданские организации требуют туда доступа. Это тоже будет влиять.

И третий момент — если Евросоюз объявит о жесткой позиции по отношению к Беларуси. Я имею в виду, что руководители ЕС договариваются, что начинают действовать в отношении Лукашенко, как когда-то в отношении Милошевича. Всерьез говорят о международном трибунале. При такой ситуации существование лагеря беженцев утратило бы смысл. Это был бы совсем другой конфликт.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.6 (оценок:80)