Данильченко: «Сейчас вот прямо пожар из Туапсе виден из космоса на 150 км. И какое объединяющее поскуливание из-за поребрика»

— Когда все эти коллективные русские Бони массово заплакали и начали снимать видео, что Владим Владимыч многого не знал, а вашим именем пугают блогересс? — пишет Данильченко. — Когда ВИЧ-наркоман Красовский перестал желать крови украинских детей и начал каяться, что это он [угорел] по угару и пропаганде?

Когда видосик — плач Z-военкора про СВО по плану — становится вирусным и замечен всеми?

Когда Мардан в эфире срывается на истерику, что инфраструктуру жгут дотла, а граница превратилась в «санитарную зону»?

Когда Сладков и Котенок причитают про стада беспилотников, выкашивающих все живое, а Соловьев с почерневшим лицом ищет предателей в Генштабе?

Когда Подоляка дрожащим голосом признает потерю инициативы, а всякие Романовы скулят, что командование отправляет на убой без связи и РЭБа?

А тогда, когда четыре месяца подряд падает ВВП, и Набиуллина разводит руками, что РФ переживает крупнейший кризис рабочих рук, но не объясняет, куда они делись.

Когда, чтобы попасть в туалет в Москве, понадобился QR-код, а чтобы иметь VPN — с одной стороны донышко от любимой русской бутылки и штрафы, а с другой горлышко — тендеры на закупки VPN для больниц.

Когда полезло, что админы Z-каналов спят с женами владельцев Z-каналов, пока замкомандующего ВКС Кравченко и командир Авраменко (судя по фамилиям, «настоящие русские люди») отправляют их в штурма. И единственный свал — это самовольное оставление части, записав слезливые видео про честь простого куколда.

А Кашеварова предлагает не просто застрелиться, а пойти в штурмовики, пока она еще немного подсобирает донатов.

Всего-то несколько месяцев качественных бомбардировок Балтики и Причерноморья — и как курочка по зернышку, «ко-ко-ко» зазвучало по-другому. Сейчас вот прямо пожар из Туапсе виден из космоса на 150 км.

И какое объединяющее поскуливание из-за поребрика.

Русские любят кувалдой бить по рукам в Сирии и тонко шутить про то, как там отопление в Киеве?

Но почему-то, когда есть риск оказаться в любимом ГУЛАГе и там еще чуть потерпеть, лет десять, раздается задорный визг, как у англосаксонских подсвинков.

Надо продолжать. Скоро. Очень скоро.