Эксперт: «И скромный китайский поставщик из маленького города отвечает: «Нам надо в день 300 млрд тонн» для нашего маленького колхоза»

— Беларуские СМИ пишут, что товарооборот Беларуси и Китая достиг почти 9 млрд долларов ($8,94 млрд) и дальше ничего не объясняют, — отмечает Алексей Чигадаев на Обычном утре.

А дальше надо бы посмотреть, какой экспорт из Беларуси в Китай и какой импорт из Китая в Беларусь.   

И вот там цифры немного другие. Беларусь закупает в Китае товаров на $7,19 млрд, а продает — на $1,66 млрд. То есть китайцы продают в Беларусь в семь раз больше, чем беларусы.

Согласитесь, здесь есть определенный торговый дисбаланс. То, что китайцы купили в Беларуси товаров в прошлом году на полтора миллиарда долларов, это копейки по китайским меркам.

Эксперт говорит, что объемы поставок беларуских товаров на китайский рынок, а это в основном продукция АПК и калийные удобрения, остались прежними и даже выросли, однако снизились цены.

— По калийным удобрениям упала либо вообще мировая цена, либо китайцы говорят: «Друзья, вы можете это продавать либо нам, либо никому, и, если у нас такая ситуация сложилась, давайте нам хорошую скидку».

Поэтому проблема не в том, что объемы снизились, а в том, что упала цена. И плюс китайцы, конечно же, «отжимают».

Что касается продукции АПК, то это не очень маржинальная история. Да, китайцам она нужна, но надо себе представлять, что такое китайский рынок.

А я работал и с беларускими, и с казахскими, и с российскими экспортерами.

И вот у тебя завод по производству мороженого, к примеру, ты приходишь говоришь: «Мы крупнейшие производители мороженого во Вселенной».

На что скромный китайский поставщик из маленького китайского города, название которого вам ни о чем не скажет, отвечает: «Вы знаете, нам надо в день 300 млрд тонн» для нашего маленького колхоза. И на этом обычно все делают грустное лицо. Но китайцу просто меньше неинтересно покупать.

Микропоставки тоже возможны, но тогда ты выходишь в премиальный сегмент и продаешь мороженое, которое должны есть только очень богатые люди, готовые отдать за пачку кучу денег, потому что это вкус детства или вкус той самой коровы, у которой есть имя, QR-код и на которую можно посмотреть.

Для того, чтобы выйти в премиальный сегмент, нужно потратить довольно много денег на маркетинг. Обычно таких денег ни у кого нет.

Чигадаев объясняет, как можно выполнить указание Лукашенко и нарастить продажи в Китай.

— Для частного бизнеса есть большой совет: никогда не выходите в Китай, выходите в китайский город. Вообще забудьте слово «Китай». Найдите маленькую провинцию, найдите там маленький город и работайте с этим маленьким городом, потому что, поверьте, ваших объемов хватит только на него.  

Если вы не производитель уровня компании, которая делает батончики Mars и Snickers, вам не надо выходить в Китай.

Возможно, вам хватит Шанхая. Это примерно 20 млн, а с пригородами — 25 млн. Вот вы в Шанхай выйдите в какой-нибудь маленький универмаг и вам будет достаточно. Это совет частному бизнесу.

Если это государственная история, то есть межведомственная комиссия, которая устанавливает квоты на продукцию АПК. Но эта история для крупных предприятий.

Китайский рынок конкурентный. Если мы приходим в китайский универмаг, должны понимать, что за эту полку конкурируют примерно все, весь мир, потому что есть 1,4 млрд человек, которые будут это все покупать.

Продукция агропромышленного комплекса действительно важна, потому что Китай сам себя не обеспечивает именно едой. Поэтому для него так была важна Украина, Беларусь, Австралия, Новая Зеландия, Россия в том числе. Потому что они их кормят.

Но увеличение экспорта в Китай — это проблема исключительно рыночная. Если ты производишь что-то дорогое, что конкурентоспособно на международном рынке, тогда китайцы это купят. Если ты этого не производишь, то очень жаль, скорее всего, ничего не получится.

Если бы Беларусь производила айфоны с высокой добавленной стоимостью, можно было бы продать 100 айфонов и отбить образовавшийся дефицит.

Но Беларусь ведь должна была стать инфраструктурным хабом, большим транспортным узлом. Собственно, китайцы и вкладывали туда деньги, потому что это точно бы отбилось.

То есть ОК, вы не можете продавать айфоны, это не проблема. Не все продают айфоны. Но можно было брать деньги за логистику, за склады, за хранение на складах, за оформление документов, за весь этот огромный комплекс услуг.

Однако случилось то, что случилось. Границы периодически закрываются, не очень понятно, как это работает. И китайцам это не нравится.

Когда ты вкладываешь много денег в то, чтобы инфраструктура работала, а в один прекрасный день тебе говорят, что мы делаем так, что границу закроют, ты начинаешь нервничать.

Потому что ты можешь есть детей, можешь стрелять в людей, делай все, что угодно, но поезд из пункта А в пункт Б должен дойти, потому что за это уплОчено, и тебе уплОчено в том числе, ты за это пошлины получаешь.