«Андрей шутил, что у его дела особый гриф «Совершенно секретно. Перед чтением сжечь»

На государственном телеканале СТВ 15 января вышел пропагандистский сюжет «Без прикрытия», который ведет Роман Протасевич. В фильме заявили, что КГБ якобы «нейтрализовал сеть, которая под прикрытием увлечения выкачивала государственные секреты из эфира».

Прогандисты заявили о семи фигурантах дела, которых взяли под стражу по статьям «измена государству» и «шпионаж», однако в программе показали только двух задержанных — Никиту Красько и Андрея Репетия.

Между тем бывший сокамерник Андрея Репетия рассказал правозащитникам Вясны о задержанном и высказал сомнение, что фигуранты являются теми, кем их сейчас представляют пропагандисты. Своими сомнениями поделился и представитель BelPol.

Что рассказали пропагандисты

В пропагандистском сюжете сообщили, что всего по делу семь человек взяты под стражу. Их обвиняют в «измене государству» (ст. 356 УК) и «шпионаже» (ст. 358 УК). Протасевич заявил, что задержанным грозит пожизненное лишение свободы или смертная казнь. Такое наказание предусматривает только ч. 2 ст. 356 УК при условии, что на обвиняемого распространяется статус военнослужащего или он является должностным лицом, занимающим ответственное положение, должностным лицом, занимающим государственную должность.

Вероятно, кто-то из задержанных является бывшим военным.

В программе показали только двух задержанных за несанкционированный доступ к радиочастотам специальных служб, военных и авиационных организаций для сбора информации о перемещениях Александра Лукашенко и руководителей силовых ведомств. Это Никита Красько и Андрей Репетий. Третьего фигуранта не показали, но назвали и его имя — Вячеслав Бенько.

По информации «Вясны», в СИЗО КГБ они более года. Скоро должен быть назначен суд над ними. Дело проходит под грифом секретности.

Пропагандисты рассказали, что задержанные якобы работали под видом «радиоклуба» и благодаря присоединению к служебным радиочастотам прослушивали все разговоры, которые велись на военных аэродромах и позициях сил противовоздушной обороны, в Министерстве обороны, МВД, Службе безопасности Александра Лукашенко, включая детализацию маршрутов его передвижения.

Сообщается, что эту группу якобы создали при иностранной помощи, однако не уточнили, откуда именно. Задержанные якобы искали и фиксировали шифры, позывные и технические параметры закрытых ведомственных каналов, а полученные данные передавали иностранным спецслужбам. Кому передавали эти сведения в программе — тоже не прозвучало.

Что известно о задержанных

В сюжете заявили, что в результате «вскрытой схемы» якобы было привлечено к ответственности (непонятно какой — прим. ред.) более 50 человек, извлечено более 500 единиц радиооборудования, около 66 тысяч записей. В эфире СТВ председатель КГБ Иван Тертель заявил, что в течение 2025 года «выявлена деятельность более 70 агентов иностранных спецслужб».

По информации Нашай Нівы Никите Красько 35 лет. Мужчина раньше работал курьером, занимался продажей техники. Последним известным местом его работы была строительная сфера. Хобби Никиты — это радиосвязь и технологии в принципе.

Андрею Репетию около 50 лет, он минчанин. После школы служил в военной части №14356 по ремонту радиолокационного и артиллерийского оружия.

Вячеслав Бенько — 41-летний минчанин. В видео его не показывают, а только цитируют его слова. С 2005 по 2018 год он имел ИП. После реорганизовал его в другую форму хозяйствования. Судя по всему, деятельность Бенько связана с техникой.

BelPol: «Никаких доказательств того, что люди передавали данные иностранным спецслужбам, показано не было»

Представитель BelPol и бывший силовик Владимир Жигарь обращает внимание, что рядовой радиолюбитель подключиться к закрытому каналу силовиков вряд ли сможет.

— Все те радиостанции, которыми пользуются силовые службы, зашифрованы, — объяснил он в интервью Зеркалу.

Жигарь добавляет, что, судя по сюжету, больше похоже на то, что задержанные просто прослушивали какие-то незашифрованные каналы.

Хотя представитель BelPol не отрицает, что теоретически взломать закрытый канал —возможно.

— Не думаю, что для ведущих спецслужб мира это будет проблемой. Вы же понимаете, что вся эта «безопасность» на самом деле — советские лекала, по которым они действуют. А если мы говорим про технику (речь о рациях, которыми пользуются беларуские силовики — прим. ред.), то это всего лишь «Моторола», — обращает внимание Жигарь.

Впрочем, экс-силовик сомневается, что на практике такое действительно произошло. И добавляет, что скептически относится к заявлениям Протасевича.

— Никаких доказательств того, что люди передавали данные и были связаны с иностранными спецслужбами, показано не было. Поэтому можно усомниться в том, что говорит пропаганда.

И еще на один нюанс обращает внимание представитель BelPol.

— Людей, даже в Академии МВД и в учебном центре министерства, учат радиообщению. Это должны быть короткие сообщения, по существу. Как правило — прибыть куда-то, например, доложить об обстановке. Никакой конкретной информации там нет. Например, когда у меня было суточное дежурство, я получал радиостанцию, но с собой ее никогда не брал и, наверное, никогда не включал. То есть по этому каналу порой просто передавали незначительную служебную информацию, — рассказывает Жигарь.

Что же касается сведений о передвижении кортежа Лукашенко, то, как отмечает экс-силовик, в целом маршруты правителя и так известны.

— Это, в общем, не публичная информация, но и не сказать, что какая-то прямая гостайна. Может быть, они, конечно, и наложили гриф секретности на нее. Что касается кортежа: маршруты движения Лукашенко по Минску, в принципе, достаточно известны. Их, понятное дело, не один и не два, чтобы менять — это такие превентивные меры безопасности. Теоретически, конечно, власти могут это подвязать под гостайну, — рассуждает Жигарь.

В вот информацию о военных объектах власти вряд ли бы хотели разглашать.

— Если прослушивались частоты взлетов различного рода самолетов, прилетов, посадок, какие-то передвижения, то это, конечно же, та информация, которую режим Лукашенко не хотел бы выпускать в публичное поле, — замечает представитель BelPol. — Прослушивая эти радиочастоты, можно было понять, например, какой самолет куда летит. Могла проскочить информация о грузе, еще какие-то нюансы.

Для системы уже само вторжение гражданского человека в такие теневые моменты — это измена государству. Ведь режиму нужно всегда искать врагов — не только внешних, но и внутренних, — чтобы оправдывать репрессии и объяснять людям изоляцию.

«Совершенно секретно. Перед чтением сжечь»

Правозащитник «Вясны» и бывший политзаключенный Владимир Лабкович удерживался осенью 2025 года в одной камере СИЗО КГБ с Андреем Репетием, где в общей сложности было шесть-семь человек.

Правозащитник описывает его, как приятного и интересного человека:

— Дело секретное, поэтому Андрей в камере никогда не рассказывал, в чем его суть. Он шутил, что у его дела особый гриф «Совершенно секретно. Перед чтением сжечь» (цитата из книги «Понедельник начинается в субботу» Стругацких — прим. ред.).

Андрей очень религиозный человек — православный. Андрей все время читал Библию. За счет этой религиозности он абсолютно несокрушим. Поэтому ему как будто проще это все проходить. Как писали об узниках концлагерей, что проще всего там было людям религиозным. Во двориках он занимается спортом, поэтому он в порядке физическом и моральном.

Сокамерники просили меня, как того, кто приехал из колонии, рассказать о том, что там происходит. К сожалению, мне никто заранее не рассказал, как правильно подготовиться к колонии, поэтому я долгое время налаживал там жизнь, даже на бытовом уровне.

Но когда я, кроме последнего, еще начал рассказывать и про настоящее отношение со стороны администрации к политическим, то Андрей меня отвел в сторону и сказал, чтобы я больше не рассказывал об этом, так как люди уже сейчас впадут в отчаяние.